Главная Как добывали камень Как обрабатывали камень


Как обрабатывали камень

Камнетесные работы. РеконструкцияКамнетесные работы. РеконструкцияЕгипетские каменные постройки делятся на два типа. Первый — это постройки, сооруженные из небольших камней, поднятых руками самих рабочих, второй тип - постройки из больших каменных глыб, поднятых уже с помощью какого-либо приспособления, так называемые мегалитические постройки, к числу которых и относятся пирамиды.

В постройках первого рода гладкая, обтесанная поверхность камня была обращена наружу, в постройках второго типа, где, при колоссальных размерах и громадной тяжести глыб, для устойчивости была чрезвычайно важна плотность прилегания камней друг к другу, их клали гладкой стороной во  внутрь.

Все лучшие постройки Египта построены по второму способу. Все работы по сооружению  пирамид — расчистка площадки под строительство, дальнейшее углубление в скалу, как и само возведение пирамид и храмов со всеми окружающими их службами, были связаны с бесконечной обработкой камня.

Заслуживает внимания еще одна деталь. Изготовле­ние гранитных строительных частей, наподобие балок для склепов, происходило в Асване, где добывали этот камень. Там, за тысячу километров от строящегося со­оружения, пометки на камне указывали точное место их в строительной конструкции.

Кроме того, краской же на них писали «адрес», представлявший собой название сооружения, для которого они предназначались. Благо­даря этому счастливому обстоятельству археологам прошлого века, впервые изучавшим пирамиды, удалось,например, установить, что самая большая пирамида является пирамидой фараона Хеопса (Хуфу).

На одной из балок перекрытия склепа этой гробницы сохранились остатки ее названия с именем Хуфу. Дело в том, что в состав названия пирамиды обя­зательно входило имя ее владельца. Самая большая пи­рамида называлась так: «Хуфу есть тот, кто принадле­жит горизонту».

Формы каменных изделий

Строительные формы бывали самые различные. В Древнем царстве делали круглые с вертикальными желобками колонны, круглые балки потолка, выступающие части стен, карнизы, фризы, рельефы, статуи. Устраивались сложные, закрывающие доступ в склеп преграды в виде фигурных тяжелых пробок и плит, вырезанных из камня.

Вся система дренажа (желоба, бассейны, отверстия, углубления и др.) и устройство дверных, оконных, вентиляционных проемов была связана бесконечной дополнительной работой камнерезов, делавших множество самого различного рода выемок и выступов, без которых было немыслимо столь большое сложное строительство из камня.

Древние египтяне, естественно, не могли обойтись без подъемных приспособлений. Это в свою очередь вызывало дополнительные работы по высеканию и высверливанию многих малых и больших ямок для уста­новки лесов и впадинок для «когтей». Кроме того, большая часть камня, в том числе и облицовочных блоков, подвергалась шлифовке и полировке.

Эволюция в обработке твердых пород камня

Шлифовать и полировать приходилось не только из­вестняк — основной строительный материал, но и твер­дые горные породы: гранит, диорит, базальт и другие, которые все чаще применялись в строительстве.

В гробнице Джосера из гранита был сделан лишь склеп, который по своим размерам скорее был большим саркофагом. В пирамиде Хуфу по­гребальная камера состояла из известняковых блоков, если не считать девяти гранитных потолочных балок.

Но эти гранитные блоки отличаются еще плохой отдел­кой. Что же касается внешней облицовки этой пирамиды, то в ней мы вовсе не найдем гранита. Верх пирамиды обшит белым известняком, а цоколь — базальтовыми блоками.

При последующих царях четвертой династии гранит стали применять чаще. Гробница  Хефрена (Хафра) имеет уже гра­нитный цоколь в два слоя, а у пирамиды Микенина (Менкаура) почти половина поверхности покрыта гранитом. Те­перь и внутренние стены склепов и ходов, ведущих к ним, стали одевать этим камнем. Из гранита делали рас­смотренные нами скользящие двери в гробницах.

Гранит применялся и при строительстве храмов чет­вертой и пятой династий. О количестве гранита в пира­мидных сооружениях можно судить по одному из хра­мов фараона Хафра. Некоторые исследователи даже называют его гранитным храмом.

Это самый большой из дошедших до нас староегипетских сооружений такого рода. Облицовка всех внешних и внутренних стен храма размером 47х47 м при высоте 13 м состоит из гранита.

Внутри храма большой зал, в котором в три ряда стоят высокие квадратные в поперечном сечении гранитные монолиты-столбы высотой 5,5 м. Балки архитрава и пе­рекрытие сделаны из этого же камня. Стены, полы, колонны отполированы до зеркального блеска.

В зале размещены 23 статуи фараона, сделанные из камня вроде диорита, белого алебастра, и поставленные вперемежку. Храмы часто украшали сфинксами, а в каждом царском склепе находился саркофаг. На их изготовление шли диорит, гранит и базальт.

В некоторых пирамидах, относящихся к четвертой династии, когда гранита поступало на север меньше, им облицовывали только низ стены. Так было в припирамидном храме царя Шепсескафа.

Итак, за время от начала правления Джосера и до конца царствования наиболее могущественных прави­телей четвертой династии, исчисляемое примерно в полтораста лет, количество применявшегося в строительстве гранита, а также других твердых пород выросло во много раз.

Переход к более широкому применению этих пород в строительстве находился в прямой связи с не­прерывным ростом навыков по их обработке. Древние египтяне обрабатывали твердые сорта камня задолго до начала строительства пирамид.

Как обрабатывали гранит

Гранит относится к груп­пе таких пород, которые не режутся медными резцами. Существовало несколько способов разравнивания бес­форменных отколотых от валунов глыб гранита. Про­стейшим из них была оббивка. Желваком твердого кам­ня методически наносили удары. От поверхности грани­та откалывались мелкие кусочки камня. В результате блок покрывался мелкими выемками.

Во внутренних покоях некоторых староегипетских пи­рамид, например во входе в пирамиду Хафра, целые гранитные стены состоят из камней, лицевая сторона которых имеет такие щербинки.

Иногда оббивкой обрабатывали и мягкий камень. Так, на одной известняковой плите с рельефом времени Раннего царства сохранились следы, позволяющие судить о технике работы. Рисунок и иероглифы рождались вчерне под ударами желвака камня, а прямые линии делались с помощью медного резца.

На первый взгляд кажется маловероятным, чтобы вся огромная площадь поверхности твердого камня, за­траченного на сооружение пирамидных комплексов, могла быть обработана столь трудоемким способом.

Одна­ко даже при самом тщательном исследовании поверх­ности гранитной облицовки пирамидного храма фараона Менкаура не удалось обнаружить следов разравнивания камня металлическими орудиями. И если мы обратимся к древнеегипетскому производству предыдущих тысяче­летий, то увидим, что этот прием обработки твердых камней был хорошо известен человеку в Северной Афри­ке с незапамятных времен.

Оббивая камень-заготовку желваком, человек со времен палеолита изготовлял все основные орудия. Многие наскальные рисунки Египта выполнены в этой же технике, именуемой археологами точечной. От V и IV тысячелетий до нас дошло из Егип­та множество больших и малых каменных орудий, из­готовленных способом оббивки. Все эти древнеегипет­ские орудия и другие изделия из камня обнаруживают высокую технику обработки камня.

Ни в одной из стран древнего Средиземноморья искусство изготовления кремневых орудий не достигло такого совершенства, как в Египте второй половины IV тысячелетия. Египетские мастера умели покрывать каким-то неизвестным ни позднейшим египетским ма­стерам, ни современным исследователям способом крем­невые ножи так называемой струйчатой ретушью, пред­ставляющей собой параллельные ряды ретуши, а не беспорядочные выщербинки, как обычно.

Во II тысяче­летии, когда в Египте существовали уже медные топоры и тесла, там продолжали делать топоры и из камня. Их изготовляли в основном тем же способом оббивки. Весь­ма интересно, что кремневые топоры времени Среднего Царства (первая половина II тысячелетия) также отли­чаются хорошей техникой оббивки. Все это говорит о продолжении издревле известного им способа обработки камня.

Помимо орудий, с которыми мы уже ознакомились (топоры, пилы, скребки, сверла-остроконечники и камен­ные молоты), древнеегипетские камнеделы изготовляли и многое другое. Многочисленной была группа режущих орудий из кремня. Большие и малые ножи, разнообраз­ные ножички, скребки, вкладыши серпов продолжали бытовать в Египте в III и во II тысячелетиях, когда по явились уже бронзовые орудия.

В поминальном (припирамидном) храме царского гробничного комплекса ар­хеологи не раз находили каменные сосуды и кремневые ножи. В ларце с туалетными принадлежностями царицы Хетепхерес обнаружили 22 кремневых ножичка-отщепа.

В одной из египетских гробниц примерно того же време­ни археологи нашли 17 кремневых но­жичков с очень острыми режущими краями. При тщательном изучении ус­тановили, что все они могут быть вложены в один кусок кремня.

При скла­дывании выпуклая часть одной пластинки точно подходит к вогнутой по­ловине соседней. Словом, египетские мастера по камню умели откалывать от куска кремня чрезвычайно тонки и острые пластинки, которые и служи ли им в качестве ножичков. Были украшения из кремня: браслеты, плоские фигурки животных.

Египтяне имели опыт производства каменных орудий. Свойства материала были хорошо изучены. Камнеделы, обладая превосходным глазомером, наносили математически точные удары. Была рассчитана не только сила удара, но и направление, что очень важно при работе с камнем, а в особенности с кремнем.

Меткими уда­рами желвака по кремневому ядрищу (камню) за несколько минут работник мог сделать десятки очень твердых и острых орудий наподобие ножичков, только что нами рассмотренных, различных скребков и сверл-полумесяцев, о которых речь будет ниже.

Кремневые орудия в процессе работы изнашивались, ломались, и древние мастера, по мере того как эти орудия становились непригодными, выбрасывали их. Современные уче­ные, изучающие остатки этих орудий, во множестве раз­бросанные вокруг развалин староегипетских строений, не всегда могут точно установить первоначальный вид и назначение их.

Такие каменные орудия, как сверла-полумесяцы, ножички, скребки и другие, изнашива­лись довольно быстро, но их рабочий край (лезвие) можно было легко подправить оббивкой и отжимной ретушью.

Немногим больше требова­лось времени, чтобы сделать сверла, молоты, киркообразные орудия.

Как сверлили камень

Египтяне начала III тыся­челетия умели сверлить ка­мень. Они снимали сравнитель­но большие плоскости камен­ных блоков известняка сверле­нием. Археологи, изучавшие ступенчатые пирамиды третьей династии, обратили внимание на то, что у подножия этих гробниц лежало немало бло­ков, на которых было сделано много углублений, расположен­ных одно возле другого.

Свер­ло при работе ставилось так, что каждое последующее свер­ление снимало часть перегоро­док от предыдущего сверления. Тут же были подобраны сотни небольших кремневых сверл, вид которых разнообразен, но преобладает все же форма полумесяца.

Расстояние между двумя «рогами» сверла по прямой колеблется от 2 до 9 см. Эти сверла были изготовлены из желваков кремня путем двусторон­ней оббивки их. По всей поверхности одного камня (жел­вака) наносили очень точные удары камнем (ударником) до тех пор, пока после скалывания раковистых отщелов не получалось орудие нужной формы.

Очевидно, их делали тут же на строительной площадке, посколь­ку среди обнаруженных там кремневых орудий были и такие, изготовление которых еще не было закончено.

Для приведения в действие сверл-полумесяцев у египтян было специальное приспособление. Оно состояло из длинного деревянного стержня, верхняя часть которо­го имела изогнутую рукоятку. Под рукояткой к стержню прикреплены два тяжелых камня, игравших роль груза, необходимого при сверлении. Нижний конец   стержня оканчивался развилкой.

Кремневое сверло являлось по существу головкой этих сверлильных   станков. При каждом   повороте стержня (а процесс сверления включал и это движение) развилка, с ним соединенная, поворачивала кремневое сверло, имевшее  очень  острые грани. Оно резало известняк наподобие стальных сверл, как  заметил  еще   Массулар.  

Твердость    кремня вдвое превышает твердость известняка, поэтому никакого абразива при сверлении известняка кремневыми сверлами не требовалось. Назначение кремневых  сверл-полумесяцев станет еще более ясным, если мы учтем, что среди блоков со множеством углублений были обнаружены и такие, на которых диа­метр ямок точно совпадает с разме­ром некоторых крем­невых сверл, поднятых здесь же.

Сверлением делали в камне углубления и сквозные отвер­стия самого различного диаметра, столь нужные при строительстве. Но не только это. Среди каменных дверных обрамлений и блоков с водосточными желобами были найдены и такие, в которых углубления сделаны этими орудиями.

Сверло при этом ставили каждый раз так, что в результате работы все ямки оказывались рас­положенными по одной прямой. После высверливания ряда ямок остатки перегородок легко снимались медны­ми резцами или ударами камня-молота. Разравнивая и шлифуя затем эти ямки, можно было получить желоб­ки наподобие тех, которые образовывали систему дре­нажа в пирамидных сооружениях.

Сочетая высверливание углублений с последующим разравниванием, можно было сделать соединения кам­ней, применявшиеся при кладке, а также украшения-рельефы, фигурные камни и многое другое.

Можно с уверенностью сказать, что большая часть известняковых камней, уложенных в сооружения време­ни третьей династии, была обработана именно этим спо­собом.

Чтобы ответить на вопрос, почему каменщики в нача­ле III тысячелетия отдавали предпочтение сверлению, нужно вспомнить два обстоятельства из истории древне­египетского производства. Первая причина, вызвавшая применение такого способа обработки известняка заключалась в том, что сверление в Египте было весьма распространено еще с неолита.

Сверлили трубчатыми и кремневыми остроконечниками. Материалом для первых могли служить малого диаметра пустотелые стволы де­ревьев и тростник, а также трубчатые кости животных. Кремневые и медные остроконечники, применявшиеся в IV тысячелетии, резали известняк своими гранями подобно кремневым сверлам-полумесяцам.

Трубчатое же сверло из материалов растительного происхождения (дерево, тростник), уступая по твердости камню, не мог­ло резать его, поэтому под него подсыпали песок. Пес­чинки, внедряясь в мягкий материал сверла, при вра­щении последнего (при условии давления на сверло) совершали работу, снимая поверхность камня.

Об употреблении трубчатых сверл из неметалличе­ских материалов для высверливания углублений в строи­тельных деталях в III тысячелетии ничего не известно. В самом деле, эти сверла, приводимые в движение луч­ком, могли быть только небольшого диаметра (иначе лучок был не в силах вращать их), и, следовательно, они делали ямки малого диаметра.

Чтобы получить большую выемку, надо было сделать очень много углуб­лений малого размера, группируя их по возможности близко одно к другому. Поэтому логично считать, что использование трубчатых сверл из неметаллических ма­териалов для обработки строительного материала - камня было явно малоэффективным и вряд ли имело место.

Во-вторых, в случае работы кремневыми сверлами вся нагрузка при обработке поверхности известняка ло­жилась на каменные орудия, а не на резцы, изготов­лявшиеся из очень ценной в то время меди. Перегород­ки, оставшиеся после сверления каменными сверлами, легко снимались ударом заостренного каменного моло­та, который мы уже рассматривали выше.

Резцы из дорогого металла (мягкой меди) довольно быстро изнашивались при работе даже с таким податливым мате­риалом, как известняк. Изготовление кремневых орудий, напротив, не требовало много времени; сказывалось ве­ликолепное мастерство камнеделов, а кремень имелся повсюду в Египте. Кремневые сверла-полумесяцы, кроме того, в случае износа или небольшого излома легко мож­но было подправить оббивкой.

На процессе сверления следует остановиться еще вот в какой связи. В древнеегипетском языке для написания слов «сверлить», «ремесленник», «художник» и произ­водных от них, например «искусный» и «мастерство», употреблен иероглиф, изображающий только что рас­смотренное нами приспособление, снабженное каменным сверлом.

В одной поврежденной папирусной рукописи времени XIII династии этим же знаком писали слово «орудия». Из этих двух случаев явствует, что в основе, всех образований для обозначения любых искусных ра­бот, а также орудий самого различного назначения ле­жит корень, ведущий свое начало от слова «сверло». Объясняется это особо важным значением сверления, а следовательно, и самого сверла.

При работе над камнем, как мы уже видели, при изготовлении многих строитель­ных конструкций, сосудов и других изделий основное место занимал указанный процесс работы. В самом деле, от того, как было произведено сверление, зависела вся дальнейшая работа.

Удачно просверленные углубления облегчали последующее выламывание оставшихся пере­городок и разравнивание поверхности. Соответственно, просчет в высверливании мог привести к порче изделия.

При постройке пирамиды Джосера с окружающими ее зданиями эти кремневые сверла применялись очень широко. Закончив кладку, каменщики принимались за обработку только что уложенных облицовочных блоков белого известняка, чтобы сверлением и отесыванием сде­лать вертикальные желоба (каннелюры) в каменных колоннах, ниши в каменной ограде и стенах строений.

Применение медных резцов и сверл

Интересно отметить, что строители пирамидных комп­лексов Джосера, Сехемхета и некоторых более поздних фараонов пользовались наряду с кремневыми сверлами и резцами для снятия плоскостей камня. По крайней мере ни на одном из известняковых блоков в каменной ограде, окружавшей пирамиду Сехемхета, не удалось найти следов употребления кремневых сверл.

Вместо углублений, характерных для них, были обнаружены следы от работы медными резцами. По сравнению с те­саным известняком предшествующего времени эти кам­ни из ограды лучше обработаны, следы от работы мед­ным резцом едва видны. Заметны плавные удары по резцу, дающие более гладкую поверхность камня.

За сравнительно небольшой промежуток времени (несколько десятков лет), отделяющих строительство двух пирамидных комплексов (Джосера и Сехемхета), уже можно обнаружить некоторый прогресс в области обработки камня.

Кроме того, и медные резцы в извест­ной мере начали вытеснять кремневые сверла при работе с камнем, но последние еще долго, до конца древнееги­петской истории, оставались основными орудиями при производстве сосудов из этого материала.

Подобным же образом обрабатывали алебастр и некоторые виды песчаника, применявшиеся при устрой­стве облицовочных стен, полов, а также при изготовлении статуй.

Подобно тому как кремневыми сверлами-полумесяца­ми делали в известняковых блоках многочисленные углубления, в граните их просверливали сверлами, сде­ланными из песчаника, диорита, кварца и некоторых других горных пород. Эти сверла приводились в действие теми же сверлильными приспособлениями, что и кремневые.

До нас не дошло ни одного медного сверла, но по следам работы, сохранившимся в камне, можно восста­новить их форму и размер. Медные сверла представляли собой цилиндрическую трубку диаметром от 3 до 9 см. Гладкий режущий край мог быть 3 мм шириной, но мог быть и тоньше. Что же касается длины трубки, то она доходила до нескольких десятков сантиметров; известны ­ямки около 17 см глубиной.

Точно неизвестно, как сверлили этими трубками. Предполагают, что при их вращении в качестве груза применяли камни, как в свер­лильных приспособлениях при работе каменными свер­лами. Не исключена также возможность вращения их руками.

Около пирамид четвертой династии в Гизэ и Царских гробниц пятой династии в Абусире археологи обнаружили множество камней со следами применения этих орудий. Стенки высверленных углублений имели следы в виде спирально идущих борозд. В них можно найти сохранившийся мелко размельченный песок зеленого цвета — результат износа медного орудия.

Среди обнаруженных камней были и небольшие цилиндры с подобными же следами работы. Это были камни-серд­цевины от работы трубчатым сверлом. При достижении нужной глубины сверления медное орудие, как и труб­ку из других материалов, вынимали, а сердцевину вы­ламывали.

Интересно отметить, что археологи обнару­жили в некоторых гранитных блоках стен храма Хафра просверленные ямки, в которых строители не смогли выломать полностью эту сердцевину. Дно ямки от свер­ления трубчатым сверлом имеет выпуклую форму в от­личие от равномерно вогнутого дна высверливаемого каменными сверлами-полумесяцами.

При устройстве дверных обрамлений в одном из поме­щений того же храма Хафра часть углублений была вы­сверлена этими орудиями. Этими же медными инстру­ментами были сделаны в камнях косяков глубокие ямки, в которые частично уходили длинные стержни-засовы для закрывания дверей; ими сверлили выемки в сарко­фагах, каменных сосудах и т. д. Ими же, вероятно, де­лали ямки в гранитных блоках, которые были необхо­димы для крючьев подъемных приспособлений, а также многое другое.

Царский каменный саркофаг был зачастую настоя­щим чудом мастерства камнеделов. Чаще всего его дела­ли из гранита или базальта. Самое трудное заключалось в устройстве соединения крышки с саркофагом.

В боль­шинстве случаев крышка закрывалась горизонтально. Однако она не просто накладывалась на верх, а скользила в специальных пазах, которые были выпилены по верху боковых краев каменного гроба. Боковые стороны каменной плиты-крышки соответствовали пазам. Так делали в древнем Египте всевозможные деревянные шкатулки.

Однако ясно, что одно дело - сделать вырез в срав­нительно легко поддающемся материале - дереве- и со­всем другое - в твердом камне - граните, базальте. При этом надо помнить следующее. Чтобы тяжелая ка­менная плита скользила в пазах и плотно закрывала отверстие, вся работа должна была быть выполнена с большой точностью.

Углубление в гранитных саркофагax высверливалось теми же орудиями, о которых сказано выше. Остатки же перегородок от сверления снимали оббивкой или отесыванием, смотря по тому, с каким материалом имели дело в данном случае камнеделы.

Судя по следам, оставленным на внешних стенах этих каменных ящиков, они выпиливались из природных глыб скалы. То же можно сказать и о каменных крыш­ках.

Техника пиления камня

При создании гранитных и базальтовых блоков обли­цовки (а они иногда имели весьма сложную форму) ка­менщики прибегали также к пилению. Питри, измерявший в конце прошлого века большие пирамиды в Гизэ, нашел на многих базальтовых блоках цоколя пирамиды Хуфу следы пиления медными пилами—идущие параллельно бо­роздки.

То не была пила в нашем смысле слова, ибо она представляла собой полоску меди толщиной 3-4 мм, как об этом можно судить по ширине пропила, и не име­ла зубьев. Длина пил колебалась. Исходя из длины про­пила на гранитном саркофаге Хуфу, можно сказать, что существовали и пилы длиной не менее 1,64 м. Извест­ны также камни с пропилом длиной 8 см.

Режущий край этих пил, как предполагают специалисты, слегка за­круглен. У каменщиков, по-видимому, был целый набор медных пил, необходимых для распила разного размера камней. Можно также предполагать, что эти инструмен­ты были снабжены деревянными ручками, как и медные пилы, предназначенные для продольной распиловки де­рева.

Древние каменщики прибегали к пилению твердого камня не только тогда, когда хотели распилить его: иногда на лицевой стороне гранитного блока делали вер­тикальные пропилы (известны пропилы глубиной 5-15 см). То были ориентиры для работников, обрабаты­вавших поверхность блока. Они оббивали, а затем шли­фовали эту сторону блока до тех пор, пока она не срав­нивалась с дном желобка-пропила.

Пилы и сверла из меди, мягкого металла, могли со­вершать работу лишь с помощью абразива, главным об­разом кварцевого песка. При вращении сверла и движении пилы из меди твердые песчинки давлением на Инст­румент внедрялись в него, превращались таким образом во временные крошечные зубья, которые и снимали по­верхность твердого камня.

При этом в результате трения о кварцевый песок и частично о твердый камень медный инструмент изнашивался. Об этом свидетельствует мед­ная зелень, обнаруженная во многих бороздках про­пила.

Какова была норма разработки из­вестняковой породы при строительстве скальных гроб­ниц? Не найдено  дан­ных относительно производительности труда при об­работке твердого камня.

Известно, что в первой половине XIX в., когда еще не делали стальных инструментов, для распиловки железной пилой и песком гранитного блока размером 2,4х1,2 м требовалось 16 месяцев ра­боты по 10 часов в день. У нас нет оснований думать, что египтяне в эпох Древнего царства могли выполнять эту ра­боту быстрее. Более вероятно, что в древнем Египте на это уходило еще больше времени.

Последней операцией по обработке лицевых сторон облицовочных камней, как и внешней поверхности ка­менных саркофагов, статуй, сосудов, была шлифовка, а в случаях, когда материалом служил твердый камень, полировка.

Обоработка поверхности и шлифовка камня

После сверления, пиления и отесывания на камне, разумеется, оставались борозды, шероховатости, которые снимались кремневыми скребками и шлифовальными камнями, применявшимися и при работе с деревом. Большое количество таких скребков было найдено возле парамид третьей и четвертой династий Сехемхета и Мен­каура.

Одним из способов обработки поверхности камня, унаследованного каменщиками III тысячелетия от преды­дущих поколений, было шлифование. Разравниванием достигали того, что камни при кладке облицовки пира­мид подходили одни к другому так близко, что практи­чески между ними не было щели. Достаточно сказать, что зазор в некоторых   случаях   был   равен 0,5 мм.

Обработка облицовочных камней пирамиды Хафра была такова, что исследователю, впервые изучавшему ее, не удалось просунуть между блоками даже лезвие перочин­ного ножа. Судя по многочисленным изображениям на стенах гробниц, шлифовка производилась булыжником, зажатым в руке. Исследователи считают, что в качестве шлифовального камня мог использоваться песчаник.

В этом случае очень твердые песчинки кварцевого песка, входившие в его состав, совершали работу по разравни­ванию поверхности. Время от времени шлифуемый ка­мень поливали водой, чтобы смыть песчинки, отломив­шиеся от камня, так как в процессе работы часть из них теряла свои острые грани. После этого мастера продол­жали работу, отнимавшую не меньше сил, чем другие виды каменных работ.

При шлифовании, возможно, применялись также жел­ваки таких твердых горных пород, как халцедон и агат. Опыты исследователей показывают, что трением этих желваков по граниту можно его разровнять.

Заглаживание поверхности гранита производилось так же, как и мягких пород камня,—трением небольшо­го желвака песчаника, зажатого в руке, и водой. Опыты показывают, что трением тяжелого кремневого желвака с применением воды (для смыва пульпы) удается раз­ровнять поверхность гранита.

Разравниванию, главным образом шлифованием, кам­ни внешней и внутренней облицовки подвергались с пяти сторон. Четыре стороны — стыка с соседними блоками —-шлифовались. Пятая — лицевая — в случае облицовки твердым камнем, кроме того, часто полировалась до блеска. Лишь сторона, противоположная лицевой, оста­валась грубо обработанной, как, впрочем, все камни кладки, а также забутовки, где она производилась.

Шлифовка была нужна не только для лучшей отделки камня, его лицевых сторон, но и для создания из камня почти водонепроницаемых конструкций. При разравни­вании поверхности мастера пользовались доской, сторо­ны которой были покрыты красной краской. Если прове­сти такой доской по камню, то на буграх его останется краска, указывающая, где еще надо снять поверхность блока.

Окончательная полировка камня

Количество превосходно отполированного гранита и базальта особенно велико в храмах фараонов Хафра и Менкаура. Общая же площадь полированного гранита, базальта и других камней, использованных в сооруже­ниях четвертой-восьмой династий, была очень велика.

Вопрос о том, как производилась полировка, до кон­ца не выяснен. Теоретически можно допустить, что роль эту выполнял также песок, возможно, более мелкий, получившийся как отход при шлифовке. Его могли соби­рать, а затем, как предполагают, употребляли подобно современным полировочным порошкам.

Благодаря тому что камень уже за тысячелетия до того времени, о котором идет речь (первая половина III тысячелетия), стал широко применяться в Египте в качестве материала для изготовления самых различных орудий, предметов обихода и украшений, он стал в ру­ках камнеделов привычным материалом. Камнерезов не останавливали ни твердость, ни хрупкость камня.

Иногда, как например в голубых комнатах подзе­мелья Джосеровой пирамиды, камнерезы выполняли очень тонкую, почти ажурную работу.

Владея техникой обработки мягких и твердых пород, они делали из него любой формы изделия и строительные детали. Иными словами, камень был в руках египетских мастеров как бы пластическим материалом.


Также интересно будет посмотреть:

Обновлено (24.08.2014 03:37)

 
Рейтинг@Mail.ru